mayak-delta.ru
сб, 28 янв.
21:01
Камызяк
+0 °С, облачно

Житель города Камызяк отдал службе в ВМФ четыре года

31 июля 2022, 13:34Наши героиФото: https://mayak-delta.ru/

Сегодня в армии и на флоте срочники служат всего один год. А было время, когда служили намного дольше. Бывший моряк Александр Александрович Плотников рассказал о своей службе на Чёрном море

Он отдал флотской службе четыре года:

«Нас таких немного осталось, из тех, кого я знаю – Владимир Иванович Поляков, он был водолазом на Балтике. А я служил на Чёрном море».

Родился Александр Плотников в далёком 1939 году в Камызяке, в семье тружеников: отец был рыбаком, мама – рабочей, росло в их семье шестеро детей. В 1941 году, в первые дни войны отца, Александра Григорьевича призвали в армию, а в 1942-м сержант мотострелкового полка, пулемётчик Плотников погиб на фронте, на Украине. Мама, Вера Михайловна, оставшись вдовой, в одиночку поднимала детей. И всех вырастила, выучила и вывела в люди. Александр в 1958 году окончил ремесленное училище № 9 в Астрахани, где получил специальность электросварщика и был направлен на два года на завод имени Сталина, получив отсрочку от призыва. За это время, без отрыва от производства, в вечерней школе окончил десятилетку. Хотел поступить в институт, но тяжело было совместить работу и учёбу.

Фото: Семейный архив

В декабре 1960-го его призвали на флот. В Севастополе направили в учебный отряд, в него вошли две роты призывников, имеющих среднее образование – сварщиков, электриков, токарей… Там молодые матросы подробно изучали электронные приборы современных торпед и другие точные дисциплины, связанные с их обслуживанием – пополнение готовили на торпедных электриков контрольно-регулировочной станции, расположенной на берегу.

«Мы отучились девять месяцев, - вспоминает А.А., - но затем нас расформировали и послали служить на флот – торпедными электриками. Я прибыл в город Поти Грузинской СССР, где служил на сторожевом противолодочном корабле (СКР) ещё три с лишним года».

Начиналась служба старшего матроса (в таком звании он прибыл после учебки) на СКР «Куница», а продолжилась на «Ягуаре». Большой противолодочный корабль и на самом деле немаленький, вот его характеристики: водоизмещение - 1186 тонн, длина - 90,9 м, ширина - 10,2 м, осадка - 2,87 м, скорость полного хода - 29 узлов (54 км/ч), дальность плавания - 1950 миль (3500 км). Вооружение: три 100-мм артустановки Б-34УСМ-А, две 37-мм зенитные артустановки АУВ-11М, два 533-мм пятитрубных торпедных аппарата, многоствольная (24 ствола) бомбометная установка МБУ-600, четыре бомбомета БМБ-1, до 26 якорных мин. Экипаж - 168 чел. По тем временам корабль был очень мощным.

«Служба началась с изучения оборудования, вооружения, устройства корабля. Всё это надо было знать назубок, без запинки отвечать на вопросы командира, с закрытыми глазами находить любой узел, устройство и т.д. Не освоишь - не получишь увольнительную на берег!»
Фото: Семейный архив

Как раз в это время на военные корабли поступило новое, современное вооружение, и его надо было осваивать и успешно применять. Например, 533-миллиметровую самонаводящуюся бесшумную торпеду СЭТ-65 «Енот», предназначенную для поиска и уничтожения атомных подводных лодок противника. «Енот», в отличие от торпед старого образца, был оснащён малошумным электродвигателем и шёл с небольшой скоростью, но его практически невозможно было заметить и уничтожить. Зато торпеда сама, с помощью электроники, находила и уничтожала цель – на глубине до 400 метров и на расстоянии до 16 километров.

«Моя задача, - поясняет Александр Александрович, - и есть самая главная: по сигналу «Пли!» с ГКП (главного командного пункта) дать электроток на торпеду и запустить её в воду».

Флотские науки Плотников изучил отлично, и уже через год в звании старшины второй статьи стал командиром отделения торпедных электриков, а ещё через полгода получил новое воинское звание – старшина первой статьи. В этом звании (в армии это старший сержант) он и демобилизовался.

«Четыре года пролетели быстро. Первые три года ты на корабле считаешься «молодым» - до тех пор, пока не уйдут на берег «старики». Всё это время изучаешь флотскую науку под руководством наставников, выполняешь их команды и поручения. Скажут драить палубу – берёшь швабру и драишь, без вопросов! Но никаких бессмысленных приказов, издевательств и рукоприкладства у нас не было, наставник отвечал за тебя, как родной отец за сына, и в обиду тебя никому не давал. За годы службы мы все сдружились, стали одной большой семьёй».
Фото: Семейный архив

Служил наш земляк отлично, дважды был в отпуске – через два года, как и положено, поехал домой на месяц, а ещё получил десятидневный отпуск – за победу в соревнованиях по гребле на первенство Черноморского Флота.

«Я был рулевым шестивёсельного яла (морской шлюпки), и мы дали хороший результат на соревнованиях. А ещё все годы занимался пятиборьем – мы плавали, бегали, стреляли, ходили под парусом. Были молодыми, крепкими, здоровыми. Нас отлично кормили – четыре раза в день (было два ужина)».

Случались и непростые ситуации. Так, однажды «Ягуар» шёл мимо Сухуми, экипаж готовился встать на рейд в порте приписки – в Поти, чтобы отправить на берег отпускников. Надо было встать на якорь.

«Опускают в воду правый якорь, - вспоминает мой собеседник. – Цепь у него длинная – 250 метров, сам он весит полторы тонны. И вдруг одно звено цепи не выдержало – порвалось… Якорь потеряли! Что делать? Опустили водолаза, но он ничего не смог найти – сплошной ил, муть, ничего не видно. Стали тралить дно левым якорем. Три дня тралили галсами квадрат, пока не зацепили! Это была трудная вахта, никто не отдыхал, ведь это большой позор на флоте – потерять якорь… Но мы всё сделали, чтобы не опозориться! В порт вошли, как ни в чём не бывало, спокойно пришвартовались. А слух о ЧП уже докатился каким-то образом до других экипажей, они все высыпали на палубы своих кораблей – выстроились вдоль бортов, чтобы посмотреть, как мы на одном якоре будем швартоваться. Но их ждало глубокое разочарование».  
Фото: Семейный архив

Были ещё суровые испытания – учения.

«Очень большое значение придаётся на флоте борьбе за живучесть корабля. Есть специальное помещение, где нас учили вести себя в экстремальной обстановке – водой топили, газом травили… А боевые стрельбы? Это тоже нелегко было – по несколько часов сидишь на посту в противогазе. Ничего, всё выдержали!»

Но жизнь на военном корабле не останавливается, люди есть люди в любой обстановке. Они всегда хотят развлечений, даже на стальной махине, напичканной оружием…

«У нас на палубе жил не только пёс Боцман, но и… медведь! – со смехом вспоминает ветеран. – Настоящий живой мишка! Взяли медвежонком, за год он вырос во взрослого зверя, но был дружелюбным, игручим, общительным. Любил, стоя на задних лапах, бороться с матросами. По вечерам, когда экипаж смотрел кино на большом экране, он приходил и садился рядом – тоже любил смотреть фильмы… Но однажды его пришлось списать на берег. Летом, в каникулы мы возили на отдых из Поти в Пицунду детей командования флота. Ребятишки играли с мишкой, а одна девочка начала его дразнить едой – поманила и… не дала! И он её слегка поцарапал… Скандал был, наше начальство наказали».

В самом конце 1964 года Александр Плотников вернулся в родной Камызяк. Домой он ехал, как и положено, в дембельской форме: брюки клёш с собственноручно вшитыми клиньями, бескозырка урезана и утянута вставленной в каркас проволокой и ладно сидит на затылке, бушлат ушит по фигуре – по флотской моде…

Увы, щегольское обмундирование не сохранилось – в бушлате он пошёл на работу, где его и износил (едва прибыв домой, сразу устроился сварщиком на Камызякский ремонтно-механический завод, который тогда только что был создан).

«В Молодёжке строились многоквартирные дома, через Таболу возводили мост, жизнь кипела. Я начал на гражданке карьеру простым работягой, был дважды награждён знаком «Победитель социалистического соревнования».

Через год Александр женился на красавице Галине (та самая Галина Ивановна Плотникова, что молодецки командовала в Камызяке пожарной частью). Вскоре Плотникова повысили – назначили мастером. Без отрыва от производства он по настоянию жены закончил механическое отделение Камызякского сельхозтехникума – с красным дипломом! После этого был назначен на должность инженера-конструктора, затем – инженера ОТК.

«Я заменял всех мастеров – токарного, корпусного, малярного, плотницкого участков. Дослужился до начальника производства – это третий человек на заводе, после директора и главного инженера».

За год до пенсии перешёл на недавно открывшееся в Камызяке КОЭСП-2, где также работал начальником производства. Был интересный период в жизни супругов Плотниковых – в 1972-75 годах Александр Александрович по предложению военкомата по договору три года отработал в ЧССР, в советской воинской части, в танковом полку, дислоцировавшемся недалеко от столицы Чехословакии Праги. Работал электриком, сварщиком. Первый год жил там один, вскоре к нему прибыла супруга.

«Это была сказка! – вспоминает Галина Ивановна. – Чудесная страна! Красота кругом, чистота! Всю жизнь бы там жила!»

В 1966 году у Плотниковых родился сын Игорь. Родители им гордятся – вырос достойным человеком.

«Игорь служил на границе, в Закавказье, в 1984-87 годах, - говорит Александр Александрович, показывая мне дембельское фото сына. – Служил отлично, был старшиной погранзаставы. Ему предлагали остаться на сверхсрочную, но он хотел домой. Зря не согласился, по-моему!»

Александр Атрашкевич